«Яковлевские селедки»

 

Не отставала и продовольственная  сфера. Важным продуктом питания считался хлеб, который употребляли в пищу много раз ко дню - и к «первому», и ко «второму», и к чаю! Хлеб был доступной покупкой и  в материальном, и в буквальном  смысле этого слова – ржаной  килограммомый брикет свежайшей выпечки стоил ? часть копейки  (в денежном обороте была специальная медная монета), пшеничный- 3,5 копейки, а самих хлебных магазинов в губернской столице  насчитывалось до 80!  Тема хлеба была настолько государственно значимой, что на случай неурожайных периодов в  самом городе и в уездных центрах существовали «хлебозапасные магазины», по сути – склады зерна, запасы которого контролировались и при необходимости пополнялись.

Фунт (400 гр.) первосортного мяса можно было купить за 16 копеек, молоко продавалось стаканами (а не банками и ведрами как теперь) и стоило 1,5 копейки за упомянутую мерную емкость. Пуд отборного картофеля  (16 кг.) стоил 25 копеек, курица- до 40 копеек, бутылка церковного кагора- 60 копеек. Помимо возможности приобрести продукты питания в магазине или на базаре, которые устаивались 2 раза в неделю, все желающие могли 3 раза в год посещать ярмарки. Цены на продукты контролировались городской Думой, а правила торговли – полицией, которая могла применить соответствующие санкции к недобросовестным работникам этой сферы. Наверное, уместно упомянуть о зарплате  в различных отраслях, которая в те годы исчислялась  в годовом измерении. Учитель получал 120 и более рублей, рядовой служащий земства - 200 рублей, врач - 1000 и более (!) рублей, полицейский, в зависимости от чина – от 350 рублей.       В нашей семье сохранились воспоминания  Ольги Дмитриевны Быковской, включающие ее детские впечатления от «похода» за еще одним важным продуктом, без которого не обходился ни один праздничный стол - селедкой.

Ольга Дмитриевна росла в большой семье, где работал один отец, преподававший в мужском духовном училище русский и греческий языки.  Мать занимавшаяся  детьми и хозяйством, рано начала приучать дочерей   к практическим вопросам. Она часто брала  маленькую Олечку с собой, когда шла на базар. К слову, как и теперь, в  магазинах цены были устойчивыми, а на базаре была возможность » поторговаться».

«Мне было лет семь. Я видела, что продают и сколько запрашивают, а затем уступают. Мать дома делилась, что базар дорогой, например яички – по 10 копеек за десяток  вместо 8-9 копеек (это перед праздниками). Покупали мясо, рыбу, овощи и молоко были свои. Когда приезжали гости - прикупали сельдь, консервы, колбасу, сыр, ветчину, ну а в дни именин пекли пироги и рыбу маринованную готовили. Угощенье обильное было. Случалось, гости заходили днем. Приехал как-то из Киева дядя – Виктор Дзвонкевич. У матери было угощение, а селедки не было. Работница ушла куда-то по делам, вот мать и решила меня послать за селедкой, магазин был очень близко от дома  (Быковские жили на улице Ремесленной, сегодняшней – Комсомольской).  А я и рада, что сама пойду. Лучшие сельди были тогда «королевские», потом – керченские, дунайские и другие. Мать наказала купить «королевских», и я побежала в магазин Яковлева, но, придя туда, забыла название. Когда продавец спросил, что мне угодно,  я сказала, что «яковлевских  селедок», на что он засмеялся и сказал, что они все - «яковлевские», но есть «королевские», «дунайские» и прочие, перечислил все названия, но я сразу же ухватилась за «королевские». Продавец отвесил, и, смеясь, сказал: «Приходи еще за яковлевскими селедками, мы будем давать тебе самые лучшие!» Я бегом домой, а в душе - смущение от забывчивости осталось на всю жизнь. Вот как бывает! «Королевские» сельди теперь  Иваси называются».

Казалось бы, такой вот маленький незатейливый эпизод, а запомнился Ольге Дмитриевне на всю жизнь. Вежливость  и внимание, приветливая улыбка, уважение  продавца к ребенку - такому же важному покупателю как и все другие, помогли маленькой Олечке в дальнейшем с вниманием относиться к порученному делу, не путать фамилии и названия.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить